СОДЕРЖАНИЕ
Введение

1. Когнитивный диссонанс как источник познавательной активности [Стр. 1]
2. Методологические, дидактические и психологические основания проблемного обучения [Стр. 2]
3. Определения, понятия и педагогическое провоцирование противоречий учебного знания [Стр. 2]

4. Проектирование и разрешение проблемных ситуаций [Стр. 3]
5. Проблемные ситуации при довузовской подготовке [Стр. 3]
6. Проблемно-модульный подход к организации и контролю учебной работы студентов [Стр. 4]

Заключение [Стр. 5]
Литература [Стр. 5]

        Примером ясной, как глаза младенца, высокой, как небо, простой, как жизнь, практичной, как Америка, психологической мысли явилась переведенная с английского книга Р. Солсо [42], именно так она охарактеризована в предисловии к ней. Если первые подходы уподобляли когнитивные процессы операциям в ЭВМ [42], то более поздние опирались на их реальность, доступность познанию и пониманию, преодолевали синдром лабораторного объекта и постулаты элементаризма, получая объективные данные. Так, например, исследования иконической памяти показали, что объем ее хранения превышает в 3-4 раза объем воспроизведения, по которому как раз и судили об объемах восприятия, внимания, памяти (см. предисловие к [42]).
        Подобное косвенно предполагалось и ранее, когда возникали понятия активного и пассивного воспроизведения, с опорой на подсказку и без нее [4], либо когда обсуждалась латентная структура знания. Уподобление когнитивных процессов компьютерным лишено основания еще и потому, что компьютер помнит все, что в его память заложено, а обучаемый усваивает около десятой доли того, что слышит, вдвое большую долю того, что видит и слышит, придавая ему значение, зато почти три четверти того, что приобретает в результате своей продуктивной деятельности - она и является самым значимым когнитивным фактором обучения. Чтобы содержание обучения было прочно усвоено и осознано, недостаточно просто перевести учебный материал на язык заданий, задач и упражнений, продуктивная учебная деятельность своим результатом имеет новое знание, хотя бы и трактуемое субъективно.

        Появление такого нового знания есть результат разрешения проблемы, которую породила в сознании обучаемого проблемная ситуация научного или учебного характера. Интерес к проблемному обучению довольно регулярно возрождается, что подчеркивает непреходящее значение если не метода в целом, то самого дидактического принципа проблемности. Этим вопросам были посвящены работы Г.А. Атанова [2], А.В. Барабанщикова [3], Б.В. Володина [7], А.И. Галочкина [8], Т.А. Ильиной [21], Р.Н. Малафеева [27], А.М. Матюшкина [28], М.И. Махмутова [29], А.В. Путляевой [38], И.М. Фейгенберга [36] и ряда других, включая сюда материалы специализированных тематических конференций [30-32, 41].
        Проблемные ситуации перманентны для продуктивной творческой и эвристической деятельности, их создание возможно на основе реальных противоречий науки и при ее трансформации в учебную дисциплину, на противоречивом характере познавательного процесса в целом и на противоречиях в знаниях самих обучаемых. Проблемность обучения наряду с другими является внутренним мотивационным фактором, который в руках преподавателя становится мощным средством воздействия на обучаемых. Выход из проблемной ситуации способствует воплощению их значения в личностный смысл, что является основным механизмом развития способностей и высших психологических функций вообще [34].
        Наиболее ценными являются проблемные ситуации, раскрывающие логику развития научных представлений, концепций и идей. Дидактическая реконструкция индуктивного и интуитивного этапов познания через разрешение проблемных ситуаций развивает систему представлений обучаемых от обыденного и эмпирического уровня к научному и способствует осознанному пониманию, поскольку при этом дисциплина описательная, идеографическая, превращается в дисциплину номотетическую, объясняющую. Нельзя научить всему, невозможно усвоить все факты, но можно научить общим принципам, которые помогут распоряжаться фактами, они сами по себе немного значат, поскольку обретают смысл в контексте теории, концепции, системы. Не нужны и абстрактные принципы, которые не находят выхода в практику, не поддержаны практикой. Столкновение с практикой породит ненадуманные проблемы, поскольку реальные объекты не полностью адекватны изучаемым моделям. Естественнонаучные модели не могут быть замкнуты и формализованы окончательно, они всегда приоткрыты для нового знания.

        Мышление в целом, а теоретическое мышление в особенности, характеризуется тем, что оно всегда обеспечивает выход за пределы непосредственно данной информации [5]. По этой причине решение проблемы путем повторения ранее усвоенного нельзя относить к мышлению, это акт припоминания. Точно также решение задачи путем проб и ошибок есть процесс деятельности научения [25]. Определение мышления предполагает, что субъект активно оперирует данными с целью получения нового результата.
        Учение как деятельность представляет собой процесс одновременного накопления знаний и овладения приемами и способами оперирования ими через ознакомление с ними, упражнение на различном материале и использование при переносе на новые задачи. Последнее часто ставит субъекта в ситуации, для которых в его сознании нет подходящих понятий, а в мышлении готовых методов. Результат творческого мышления уже не просто применение известных представлений, понятий, операций, а создание новых способов решения задач, новых образов и значений, которые обнаруживают новые свойства действительности или дают новые способы ее преобразования. Такое мышление может выходить за пределы житейских, обыденных представлений, принимать в какой-то мере непонятийный и нелогичный характер, поскольку не всегда новые факты можно свести к известным понятиям, а все задачи решить усвоенными методами.
        Известен парадокс математики, все утверждения которой выводятся на основе формальной логики, тем не менее, она не превратилась в тавтологию, а полна открытий и находок, многие из которых доказываются логическим способом потом, уже задним числом [26]. Наиболее впечатляющим подтверждением этому служит недавнее доказательство знаменитой великой теоремы Ферма, которое не удавалось сделать на протяжении более чем трехсот лет, хотя в ее истинности сомнений почти не было, по крайней мере, опровергающие ее примеры найти не удавалось, а частные доказательства постоянно предлагались.

        Мышление как процесс формирования новой мысленной репрезентации при преобразовании информации путем суждения, абстрагирования, рассуждения, воображения и разрешения проблем, характеризуется тремя моментами [42]: оно когнитивно, т.е. происходит внутренне в уме, но проявляется в поведении и деятельности; это процесс манипуляции знаниями, объединение прошлой информации с новой; мышление направленно, его результаты проявляются в поведении при разрешении некоторой проблемы.
        Мышление - это высший познавательный процесс (после восприятия, распознавания, памяти), порождающий новое знание, которого не было у субъекта, ни у действительности в ее чувственных проявлениях. Оно выходит за пределы чувственного данного и почти всегда связано с наличием проблемной ситуации, определяет связи, которые в восприятии не даны, его итог не образ, а идея, мысль, понятие [34]. Сознание проблемной ситуации не всякому дано, а именно оно является начальным этапом любого мышления, поскольку проблемная ситуация содержит в себе противоречие и не имеет однозначного решения. В ситуации с высокой неопределенностью, когда исходные данные не поддаются точному анализу, часто поможет воображение того, что никогда не воспринималось чувственно, оно является атрибутом любой учебной деятельности [39]. Обучение чаще всего акцентируется на конвергентном мышлении, опирающемся на фактическую информацию.
        Р. Солсо [42] подтверждает мнение И.В. Бестужева-Лады о неспособности большинства людей к абстрактным умозаключениям, поскольку понимание мира путем непосредственного наблюдения и чувственных впечатлений достаточно эффективно, чтобы обеспечить выживаемость. Простой силлогизм правильно решали лишь 20 процентов студентов МГУ, остальные ничем не отличались от среднеазиатских крестьян 30-х годов и вождей племени кпелле в Либерии, которые, кстати, по числу ошибок не отставали от студентов американских колледжей [25]. Однако оказывается, что о процессах мышления нельзя судить по ответам на вербальные логические задачи, не выяснив, как они понимаются, как кодируется и преобразуется информация.

        Важнейшим принципом теоретического познания является разделение единого и познание противоречивых частей его [26]. Противоречие как единство противоположностей свойственно естествознанию, важная цель которого - преодоление трудностей, препятствий, парадоксов, недоразумений, либо проблем... Проблемность систем научного знания выработала соответствующие формы отображения противоречий: задачи, вопросы и задания [6]. Задача ставит субъекта в ситуацию ощущения отсутствия объекта, поиск которого затруднен и требует познавательной деятельности при осознании ее необходимости и намерении найти выход из ситуации без конкретного указания. Если существует общий подход к решению с подстановкой в него конкретных данных, то задача считается типовой. Если задача не может быть решена на основе имеющегося знания, то она превращается в проблему, а творческой является такая, способ решения которой объективно неизвестен. Особое положение занимает учебная задача.
        По В.И. Гинецинскому [10], это схематизированная форма описания уже достигшей требуемого результата познавательной деятельности, ориентированной на воссоздание ее условий в учебном процессе. Параметрами ее оценки являются корректность, сложность, трудность, диагностичность, креативность. Дидактическая корректность требует нахождения решения в зоне ближайшего развития субъекта учения, сложность определяется числом связей между данными и требуемых для решения операций. Интенсиональную форму учебной задачи принято называть учебным заданием, которое представляет собой прием обучения, состоящий в требовании выполнить учебные действия для усвоения субъектом учения определенного содержания учебной дисциплины.
        Из видов учебной деятельности более всего способствуют познавательной активности такие, которые приводят субъекта учения в состояние когнитивного диссонанса, которое характеризуется противоречием в знаниях, порождающим переживания и побуждающим к его устранению [34]. Без преодоления препятствий развития мышления почти не происходит, ему способствует обучение на высоком уровне трудности, выполнение заданий, которые вызывают потребность в новом, подлежащем усвоению знании. При этом разрешение противоречий формирует личностные качества обучаемых, развивает мышление, которое, по сути, только и включается в проблемной ситуации, без которых обучение перестает быть развивающим, если оно не обращается к познавательным противоречиям как единственному источнику развития мышления.

        Вызванная противоречием внутренняя и внешняя активность выражается в потребности к деятельности, в данном случае учебной. Без определенного уровня активности не может состояться даже простейший акт познания. В психологическом аспекте она обеспечивается детерминистическим принципом действия внешних причин через внутренние условия, к которым относятся такие субъективные факторы, как прошлый опыт, вид и уровень мотивации, система отношений личности с окружением, способы деятельности и т.п. Внешняя активность выглядит как занятость чем-либо, внутренняя является личностно значимой для человека. Она выступает в умственно-рассудочной или эмоционально-чувственной формах, которые при когнитивном диссонансе интенсивно взаимодействуют друг с другом, что позволяет использовать в подходе к обучаемому его ум и чувства, обеспечивая единство когнитивной и аффективной сфер личности.
        Мотивы познавательной деятельности делятся на две большие группы. Для первой характерно, что деятельность есть лишь средство достижения цели, находящейся вне ее, для второй она сама является целью, когда человека интересует процесс и содержание познаваемого, а не только прагматический результат. Последнее, как показывает психология и педагогика, оказывает постоянное и устойчивое влияние на развитие, повышает эффективность процесса обучения. Познавательная мотивация перестраивает когнитивные процессы восприятия и мышления, способствуя выполнению той познавательной деятельности, которая вызвала интерес. Она всякий раз появляется как ситуативная потребность и является атрибутом проблемной ситуации, отражая заданные условия деятельности, ее внешнюю обусловленность.
        Интеллектуальное развитие студентов от первого курса к последнему меняется довольно слабо из-за равнодушия к самому процессу мысли и ориентации только на результат, способность учиться и самостоятельно добывать необходимые знания основана на творческом мышлении, которое хотя и присутствует в любом акте мыслительной деятельности, но имеет не деятельностную, а личностную природу.

        Прямое обучение творчеству невозможно, но эмпирическое изучение путей решения творческих задач в психологии позволяет давать некоторые рекомендации [34]: сначала попробовать применить способ, успешный в прошлом; приложить больше усилий на поиски новых способов - они пригодятся в будущем; преодолеть известные стереотипы и отказаться от них на время; необходимо чувство успеха, иначе частые неудачи рождают защитные реакции; наибольшую эффективность поиска обеспечивает оптимальная мотивация и эмоциональное возбуждение; подходы тем разнообразнее, чем больше знаний у человека.
        С другой стороны всякое знание может быть убийцей творчества - если знаешь, то уже не надо думать [4], тем не менее, развитию креативности мышления способствует решение задач с подсказкой, задач на смекалку, наводящими вопросами, позитивные личностные и ситуативные факторы. Психологи в большинстве случаев склонны называть собственно мышлением именно продуктивное творческое мышление, приводящее всегда к новому результату. По Е.Н. Рогову [39], мышление включает в себя следующие этапы: сознание проблемной ситуации, содержащей противоречие и не имеющей однозначного решения; постановка задачи путем расчленения известного и неизвестного и формулировки цели; ориентировочная основа интеллектуального действия в виде гипотезы пути решения; выбор способа, алгоритма, правила, эвристики; применение их к конкретным условиям. Если эти эвристические приемы не помогают, то после многократных попыток решения наступают стадии творчества: зарождение идеи, ее созревание и накопление сведений, озарение, проверка интуитивно найденного.
        Сходные этапы выделяет Р. Солсо [42]: подготовка, т.е. формулировка задачи и попытка решения; инкубация, т.е. отвлечение и переключение на другой предмет; просветление, интуитивное проникновение в суть; проверка, испытание, реализация решения. Инкубация необходима, она снимает утомление, позволяет взглянуть на проблему другими глазами. Интуиция ведет к открытию, озарению, если ум подготовлен к решению многократными рассуждениями, обеспечен достаточной информацией - яблоки открытий падают только на готовую к ним голову. Так и в техническом творчестве все начинается с перебора средств, затем следуют все более и более серьезные попытки изменения объекта, подключение смежных отраслей, полная смена объекта и обращение инженера к науке, и, наконец, изменение всей системы, поиск новых открытий в науке.

        Ощущение когнитивного диссонанса возможно в ситуации любого затруднения, которое заставляет задуматься. В процессе учения часто причина кроется в ошибках обучаемых. Многие из них обусловлены неосведомленностью, незнанием или заблуждениями, гораздо больше (до 40 процентов всех) погрешностей запоминания и забывания, вдвое меньше ошибок происходит в результате нарушения когнитивных процессов, последовательности действий, контроля деятельности. На ошибках учатся, но чаще всего на своих. Безусловно, бывают ошибки, типичные для большой части обучаемых. Так весьма общий характер имеют оптические иллюзии, такие как иллюзия Вундта о восприятии длины Т-образных отрезков, иллюзии Мюллера-Лайера и Маха о длине косых стрелок, иллюзия Поггендорфа о пересечении параллельных прямых, иллюзии Целльнера и Херинга об искажении параллельности, пример Толанского о полуширине гауссовой кривой, иллюзии перспективны, миражи и т.д. [22]. Зрение является самым информативным органом чувств, но общие ошибки присущи и ощущениям температуры, громкости, скорости, вкуса. Часто ошибаются в оценке вероятностей событий: упорядоченное любым образом рождение полов столь же вероятно, что и неупорядоченное, то же относится к распределению мячей у детей и т.п. [42].
        Попытка выделить учебную деятельность, направленную на анализ типизированных ошибок при обучении физике, предпринята в 1989 г. в Московском областном пединституте ([30], С. 71-73). Педагогический эффект авторы этого доклада связывают с наличием банка типичных ошибок, принципов отбора проблемных ситуаций, методических приемов применения поисковых методов. Решению учебных проблем, связанных с ошибками обучаемых, оказывается присущ ряд общих этапов умственной деятельности: анализ ошибки и осознание противоречия в связанной с ней системе знаний, общая формулировка ошибки, сравнение верных и неверных действий, теоретическая и практическая проверка выявленных различий, поиск правильного решения. Осознание и исправление ошибок приучает студентов самостоятельно мыслить, и способствует развитию.
        Мышление как внутренняя активность сознания начинается с сопоставления различных образов предмета, от конкретно-чувственных до абстрактно-логических. Это различие может доходить или не доходить до противоположности, однако при этом быть достаточным для возникновения проблемы ([31], С. 8-9), требующей своего разрешения сознанием. Различные уровни проблемности зависят также от степени несоответствия знаний, умений и личностных свойств обучаемых требуемому уровню [1]. Творческое саморазвитие способности к поиску помогает вскрывать потенциальные возможности, позволяет испытать радость пусть маленьких открытий, удовлетворение от преодоления препятствий и в этом создавать себя.

        Для развития субъекта учения необходимо не столько мышление, сколько размышление, которое можно впустить в учебный процесс, если предусмотреть растянутое во времени разрешение учебно-познавательных проблем ([32], С. 11-12), которое потребует подключения памяти, общения с прошлым опытом и активного поиска того нового, без которого разрешение невозможно. Познавательная активность максимальна при нахождении обучаемых в экстремальных условиях, когда эмоциональное возбуждение придает поведению определенную направленность. Внутренняя активность не может быть всеохватной по целому ряду причин, главной из которых всегда остается гетерогенность контингента обучаемых - то, что удивляет и воодушевляет одного, не затрагивает струны в душе другого.
        В этом повинны не только психологические различия, но и разные индивидуальные тезаурусы, которые отражают накопленные индивидом сведения о внешнем мире и данной учебной дисциплине. Тезаурус описывает смысловые связи каждого усвоенного понятия и характеризует способность обучаемого воспринимать поступающую информацию в двух отношениях: познавательная активность невелика как при недостаточной подготовленности обучаемого к восприятию сообщения, так вследствие его довольно большой осведомленности. Чувство когнитивного диссонанса возникает, если обучаемый уже обладает минимально необходимым тезаурусом, но оно существенно ослабевает по мере развитости умственного тезауруса, в который входит не только информационное, но и интеллектуальное оснащение ума. Преодоление этого объективного противоречия возможно при внедрении технологии обучения, которая способствует познавательной активности путем эффективного взаимодействия внешних и внутренних факторов и последовательного отслеживания. этой эффективности на объективной основе.