В течение нескольких десятков лет. в среде русских деятелей по народному
образованию копились и развивались идеи реформы школы и всей системы
народного образования. С начала ХХ столетия требование реформы стало
всеобщим и столь настойчивым, что старая самодержавная власть сочла себя
вынужденной уступить общественному давлению и приступить к обновлению
форм общественной и государственной деятельности в области народного
просвещения. При этом оказалось невозможным обойтись исключительно теми
силами и средствами, которыми располагала ведомственная бюрократия,
пришлось обратиться к некоторому хотя бы содействию общественных сил.

Начиная с Боголепова и кончая графом Игнатьевым, целый ряд министров
народного просвещения пытался приступить к реформе системы народного
образования при этом каждый министр-реформатор считал нужным
сформировать при Министерстве какую-либо комиссию или совещание, целый
ряд комиссий и совещаний одновременно. Но у всех этих совещательных органов
была одна общая, весьма характерная черта: все они носили на себе очень
слабый отпечаток отвественности в истинном смысле этого слова.

Обычно Министерство привлекало к сотрудничеству почти исключительно
профессиональных работников школы, при том по большей части числа лиц,

обладавщих извъстным въсом в глазах самого Ведомства. Их авторитетность в
широких общественных кругах, их близость к обществу, ихъ осведомленность в
области общественных чаяний и стремлений, их связь с очагами местной
просетительной работы - все эти данные, необходимые для живой творческой и
плодотворной реформаторской работы, не подвергались оценке при выборе
людей, призываемыхъ к делу обновления системы, народного образования.

Заслуженные в глазах Ведомства профессора, директора и преподаватели
средней школы, отличившиесязаведывающие и учителя высших начальных
училищ, иногда какой-нибудь почтенный педагог-теоретик — вот преобладающий
контингент министерских совещаний. Неудивительно, что проекты реформы,
являвшиеся продуктом творчества этих почтенных коллегий, подчас носили на
себе отпечаток академической рутины и крохоборства. Иначе дело реформы,
конечно, идти и не могло при старом государственном строе. К тому же,
тронувшись в недалекий путь, оно обычно обрывалось раньше или позже, но
почти никогда не достигнув намеченной скромной цели. С конца XIX столетия
реформа ведомственная, бюрократическая так ничего заметного и не дала.

После революции 1905 года за реформу народного образования принялась и
Государственная Дума. Несомненно, что в отношении этого первого

представительного учреждения России к делу народного образования
обнаружилось гораздо больше искренности и что планы реформы, назревшие в
думской среде, отличались большей широтой и смелостью, чем планы
Министерства и всех образованных им совещаний. Несомненно также, что они в
большей степени отражали в себе дух русской общественности. И тем не менее
развитие народного образования в России за двенадцать почти лет существовали
первой российской конституции подвигалось вперед медленно и при том скорее в
количественном, нежели в качественном отношении.

К тому было немало причин. Государственная Дума была бедна творческими
дарованиями и достаточно энергичными работниками в области народного
образования. К тому же деятельность ее сильно тормозилась неустойчивостью
всего конституционного аппарата и противодъйств1емъ, какое она встречала со
стороны верхней палаты и органов правительственной власти.

Подготовительными органами Государственной Думы, ее комиссиями и
совещаниями, было разработано несколько проектов, безусловно заслуживающих
общественного внимания. Из них кое-что было рассмотрено и одобрено Думой, но
задержано или искажено, урезано, смято при прохождении через последующие
инстанции законодательной власти. Ко времени Великой Революции 1917 года

дело народного образования в России продолжало, в общем, пребывать в старых
формах, в тех, я сказал бы, бесформенных формах, в каких оставил его
девятнадцатый век в наследство двадцатому.

На самом деле это был какой-то конгломерат разнородных элементов,
беспорядочно слепленных между собою. В тяжелую массу бюрократических
продуктов вбиты куски обезображенной общественности. Централистические
тенденции старой России прорваны кое-где под давлением местной
самодеятельности. Мертворождённые учебные схемы, позаимствованные для
известных надобностей у западных соседей, но сильно помятые в обстановке
русской жизни, разорваны во многих местах вторжением идей более жизненного
содержания, не успевших, однако, создать что-нибудь цельное и ценное для
планомерного развития просвещения.

Когда совершился, наконец, недавний мартовский переворот, когда
обрушились разом все устои старого самодержавно-бюрократического
российского строя, русская общественность неудержимой волной бросилась на
место, освобожденное низвергнутой властью. Напор общественных сил на
уцелевшие еще остатки сокрушенной системы был стремителен во всех областях
общественной и государственной власти; он не замедлил обнаружиться и в

области народного образования. К сожалению, Временное Правительство первого
состава на пост министра народного просвещения выдвинуло лицо, хотя и
обладавшее несомненными высокими личными качествами и имевшее за собою
подлинные гражданские. заслуги, но мало отвечавшее требованиям момента по
своему темпераменту, по приемам административной и законодательной
деятельности, лицо, носившее на себе слишком определенный отпечаток крайне
осмотрительного и размеренного академизма.

В настоящий момент, пред лицом грозных событий русской жизни можно было
бы не останавливаться на указании ошибок, сделанных первыми деятелями
русского революционного правительства. Но в данном случае, в отношении
реформы народного образования ошибки эти сыграли, насколько можно судить в
настоящее время, роковую роль в ходе реформы, отодвину в осуществление ее
на значительный, несомненно, промежуток времени. Представители русской
общественности, нетерпеливо ожидавшие реформы и горячо порывавшиеся к
ней, встретились с некоторым упорством Министерства Народного Просвещения,
которое что-то подготавливало, не спеша, в недрах своей канцелярии, немножко
на старый образец.

Первым реформационным аппаратом в деле народного образования оказалась

комиссия по реформе высшей школы. Она была составлена, как и раньше
составлялись подобные ведомственные совещания, исключительно из
специалистов, избранных самим ведомством. Только личный подбор на этот раз
свидетельствовал о том, что дело творится теперь на новый лад. О реформе в
других областях народного просвещения долго ничего не было слышно, хотя
поднимались и звучали все настойчивее и громче из среды общества голоса,
требовавшие от Министерства более разносторонней и решительной
деятельности.

Среди этих голосов, кажется, самый громкий принадлежал Всероссийскому
Учительскому Союзу. Он настаивал на образовании при Министерстве Народного
Просвещения совещательной коллегии, в составь которой вошли бы, кроме
представителей профессионального учительского союза, представители
различных всероссийских общественных организаций, так или иначе
прикосновенных к делу народного образования (союз земств, городов и т. п.) или
просто существенно заинтересованных в нем (советы рабочих и солдатских
депутатов, крестьянских депутатов и т. п.)

К чести русского учительства, надо признать, что при создании органа
школьной реформы оно обнаружило достаточно сильный общественный инстинкт,

чтобы отказаться от мысли об изолированном творчестве профессиональных
работников, от того пути, по которому неизменно, шло в старое время
Министерство и с которого оно не сразу свернуло и после революции. Только
позднее стало известно, что Министерство предполагает образовать особый
съезд по народному образованию для разработки проектов реформы средней и
начальной школы, составленный по преимуществу из школьных работников при
некотором участии представителей от земств и городов; работу же комиссий по
реформе высшей школы предполагалось завершить при посредстве съездов
профессоров и младших преподавателей высших учебных заведений без участия
представителей общества.

Так или иначе, голос организованного учительства был услышан, и к концу
третьего месяца после революции была организована, наконец, при
Министерстве Народного Просвещения совещательная коллегия образования
которой добивался союз учителей, вскоре превратившаяся в Государственный
Комитет по народному образованно, с полномочиями, несколько более широкими
и более определенными, чем предполагал Учительский Союз.

В Комитете впервые встретились за общим делом профессиональные
работники народного образования с делегациями от общественных организаций,

по преимуществу революционного происхождения и чисто демократического
характера. Первые совместные шаги их в Комитете оказались не вполне
согласованными: профессионалы принесли с собой больше деловитой
сдержанности, другая сторона - больше смелого натиска и политического
темперамента. Самые пылкие и прямолинейные из них подошли к учителям даже
с некоторой предвзятостью и тактику согласования совместной работы повели
сначала с излишним наскоком. Но это взаимное приспособление длилось не
долго - скоро спелись в главном и пошли вперед дружными и энергичными
шагами, стараясь общими усилиями превозмочь некоторую инертность
Министерства, с которым приходилось делать общее дело без достаточного
внутреннего и внешнего контакта, пока в составе самого Министерства не
последовали существенные изменения.

В составе Комитета оказалось достаточно организаторских сил. Я позволю себе
высказать предположение, что в числе органов, взявших на себя творчески
созидательную работу в различных областях государственного строительства в
первые месяцы ;революции (о дальнейшем судить пока невозможно), было
немного таких, которые в этом отношении могли бы сравниться с
Государственным Комитетом по народному образованно. Наличие
организаторских данных сказалось в Комитет с самого начала, обнаружившись в

систематическом распределении работы между отдельными рабочими органами,
в обеспечении каждого из них трудоспособными членами, в умении дать
необходимый темп коллегиальному труду, в заботливом устранении поводов к
внутренним трениям, в планомерности и согласованности работы в отдельных ее
частях.

В основу всего законодательства Комитетом были положены руководящие
положения, с выработки которых и началась деятельность Комитета. Для более
детальной разработки исходных точек зрения и для согласования в нужных
случаях результатов работы подготовительных органов Комитета была
образована особая соединенная комиссия. Проекты, рассмотренные и, по
исправлении, одобренные Комитетом, подвергались окончательной редакционной
разработке, организованной так, чтобы во всех нужных случаях придать этим
проектам единство формы изложения. Словом, Комитет принял, кажется, все
необходимые меры для того, чтобы сообщить своим трудам характер целостной
системы. В этом отношении он хотел во что бы то ни стало использовать
наилучшим образом преимущества, которые создает .для законодательства
обстановка великой революции, когда одновременно рушатся все устои старого
строя и очищается просторное поле для нового планомерного строительства.

И по содержанию своему законодательство Комитета носит явственный
отпечаток революционного духа, с его ярой ненавистью к опостылевшим формам
пережитой эпохи и с его порывом к новому, еще неизведанному.

Как и всегда почти, революционное творчество является в .сущности
творчеством лишь в известной степени, поскольку оно конкретизирует и пытается
приспособить к условиям текущего момента, принципы и идеи, накопленные в
предыдущую эпоху еще недееспособной общественной оппозиции
существующему строю.. Иначе оно и не может и не должно быть. Идея требует
долгого выращивания на почве общественной жизни, чтобы проведете ее в. жизнь
имело какие-нибудь шансы на успех. Приходится только" отметить, что, если в
эпохи общественного застоя идеи сильно. отстают от требований жизни, то в
эпохи революционные .подчас они опережают ее. Практичность до конца может
быть, присуща революционным законопроектам лишь в исключительных случаях.
Возможно, что и в трудах Комитета кое в чем. обнаруживается эта несколько
гипертрофированная идеология. И все же в общем, это продукт жизни и при том
жизни русской. Таково, по крайней мере, мое убеждение.

Всему, что в предшествующий период русской государственной жизни успело
возбудить к себе особенно сильную ненависть общества, здесь, при новых

условиях жизни, неминуемо объявляется беспощадная война. Тому, что успело в
той или иной степени расположить к себе общественную мысль или
общественную симпатию, оказывается подчас неограниченное доверие. Такова
психология революционного творчества.

Гнет государственной власти слишком долго и слишком тяжело давил на
русскую общественную жизнь и, в частности, на русскую школу. Поэтому,
Государственный Комитет, живо отражающий общественные настроения,
ополчается прежде всего против сохранения за государством, хотя бы и
обновленным революций, его старой роли в организации народного образования.
При этом учитываются не только последствия, вытекающие неизбежно из
централизации государственной власти, но и та бытовая обстановка, которая
создана в России долгим периодом самодержавно-бюрократического управления
страною. Представляется нужным с корнем вырвать традиции чиновного
хозяйничания на местах и разбить шаблоны, создаваемые из центра для страны,
столь огромной и столь богатой разнообразием местных условий жизни.

В виду изложенного, Комитет предполагает сильно ограничить деятельность
центральной государственной власти в области народного образования как в
отношении законодательства, так и в отношении его административных функций.

Государство устанавливает в законодательном порядке лишь самые
необходимые и при том, по возможности, самые общие нормы, в пределах
которых оставался бы широкий простор для местного творчества, для
разнообразных частных решений вопросов народного образования на местах.
Нормы эти должны, прежде всего, оградить интересы общества и государства в
смысле возможно широкого распространения народного образования среди
массы населения и поднятия образовательного дела до возможно высокого
уровня.

В этих видах государство должно установить требования, обеспечивающие в
известных пределах общедоступность и бесплатность дошкольного, школьного и
внешкольного образования, обязательность школьного обучения детей в
пределах определенного возраста, преемственную связь между школами
последовательных ступеней, минимальный учебный составь курса для школы
каждой ступени, минимальную продолжительность учебного курса каждой
школьной ступени, гарантий равных прав на образование для всех
национальностей, населяющих страну.

Государство должно также законом определить взаимные отношения между
органами центральной власти и органами местного школьного управления, в

самых общих чертах установив взаимоотношения между более крупными и более
мелкими единицами местного общественного управления, а также функций
последних в деле народного образования, ограничиваясь лишь самыми общими
указаниями. В законодательном же порядке должны быть установлены
требования государства, гарантирующие закономерное и успешное выполнение
школами и другими просветительными учреждениями возложенных на них задач,
гарантии профессиональных прав учащихся, личных прав учащихся, прав семьи
учащихся на участие в школьном строительстве. Установление всех остальных
норм, относящихся к народному образованию, развитие и применение к условиям
местной жизни установленных государством основных начал предоставляется
органам местного самоуправления, местным педагогическим коллегиям и другим
местным факторам народного образования.

Таким образом, целый ряд вопросов, разрешавшихся до сих пор единообразно
и стереотипно указаниями общего для всей страны закона, или восполняющих
закон циркулярных распоряжений центрального ведомства, должен разрешаться
отныне разнообразно, в соответствии с условиями местной жизни.

К числу таких вопросов относятся, например, такие: состав и полномочия
специальных органов, создаваемых на местах земствами и городскими

общественными управлениями для заведывания делами народного образования,
способы инструктирования и контролирования местных школ и других
просветительных учреждений, совместное или раздельное устройство учебных
заведений различных ступеней и типов; установление продолжительности
учебного курса школы с соблюдением минимальных требований закона;
определение школьного учебного плана с соблюдением минимальных требований
государства; установление языка школьного преподавания в местах с нерусским
населением, установление правил, определяющих внутреннюю организацию
школы, полномочия должностных лиц и т. п., определение порядка образования и
деятельности родительских организаций, установление способов проверки и
оценки успехов учащихся и многие другие.

Таковы, по предположениям Комитета, приблизительные пределы
законодательной деятельности государства в деле народного образования.
Организационная работа его в этой области определяется следующими чертами:
государство производить денежный ассигнований на содержание центрального
органа Министерства Народного Просвещения и тех сравнительно немногих
учебных заведений и просветительных учреждений, непосредственное
заведывание которыми оно удерживает в своих руках, а также на воспособление в
необходимых случаях просветительной деятельности местных органов

общественного управления и на поддержку просветительных мероприятий,
возникающих в порядке частной инициативы; оно основывает государственный
школьный земельный фонд, который может быть использован только для
содействия развитию народного образования, путем распределения его между
органами местного самоуправления; оно собирает, систематизирует и
опубликовывает все имеющие общественное значение данные, относящиеся к
народному образованию; оно основывает просветительные учреждения,
имеющие общегосударственное значение, или такие специальные учебные
заведения и вспомогательные образовательные учреждения, которые не могут
быть с успехом организуемы органами местного самоуправления или
предназначаются для обслуживания специальных нужд центральных ведомств.

Административные в тесном смысле функции государства в деле народного
образования при таком истолковании его задач сводятся к минимуму. Государство
через посредство своих центральных органов управляет лишь указанными выше,
ограниченными в числе учебными заведениями и просветительными
учреждениями, непосредственно им самим учреждаемыми и содержимыми.
Управление всеми остальными передается органам местного самоуправления.

При таком ограничении административных функций государства, а